Беларусская фотографка и апсайкл-художница Rina Trohi, живущая в Тбилиси, превращающая забытые вещи в новые силуэты, рассказала Зелёному порталу, как пришла к апсайклингу и почему занимается «воскрешением» вещей.
Идея и мотивация: арт, экология и необходимость
– Как ты пришла к идее переделывать и апсайклить вещи? Это было художественное решение, экологическая позиция или жизненная необходимость?
– Ну, всё сразу получается. Тут зависит от того, когда именно — в первый раз в жизни или уже сейчас, но в целом все эти три позиции действительно присутствуют.
Художественное решение — это про то, что именно ты переделываешь и как ты это делаешь. Это всегда опирается на твой опыт, насмотренность, вкус, стиль.
Экологическое — безусловно. Есть несколько вещей, которые я стараюсь поддерживать в плане экологичного бытия, и одежда — одна из них. Меня реально раздражает чрезмерное потребление в мире и ужасают масштабы этой трагедии, поэтому я этим занимаюсь в том числе.
И нужда… ну, я не буду скрывать, что это тоже бывает причиной. У меня, например, не всегда есть деньги на то, чтобы купить клёшные джинсы, а я очень хочу — ужасно хочу — клёшные джинсы. И в таком случае я просто нахожу классные прямые джинсы, хороший деним, и всё: расклешаю их и хожу довольная. Такие у меня сейчас висят на вешалке.
Все эти три пункта — это не «или-или». Это всё вместе входит в мои причины и мотивы.
Первый апсайклинг-проект
– Помнишь ли ты свой первый апсайклинг-проект и насколько он важен для тебя — и почему?
– Уже однажды отвечала на этот вопрос. Мне кажется, что своим первым апсайклинг-проектом я могу назвать то, что сделала в школе для себя. Были джинсы из секонда, ничего, но подстрелы — в классе шестом или седьмом. Когда уже просыпается желание чуть-чуть помодничать, выделяться, когда ты уже не ребёнок и хочешь что-то из себя представлять, что-то транслировать.
И вот тогда мне очень сильно хотелось модные джинсы. Кстати, они тоже были клёшными — это очень смешно, только что об этом подумала. И вот в седьмом, по-моему, или в шестом классе я придумала, как удлинить и расклешить джинсы. И пришила… точнее, попросила пришить соседку сверху, она умела шить — это всё делала она тогда, а не я сама. Я придумала, типа, проект, а она его воплотила.
И реально, прикинь: у меня были клёшные штаны, на которых из шнурков — ну, вот от кроссовок — были пришиты три адидасовские полоски по клину... Я сейчас, конечно, с этого «фэшна» смеюсь, но тогда мне казалось, что я просто крутая и такая молодец, и что ни у кого таких нет. Мне кажется, это и был самый первый мой проект. Любая переделка одежды из того, что есть — это же оно и есть. Так что да, это мой первый проект.
Я не считаю его значимым, я сейчас над ним смеюсь, любя, но уже в детстве было понятно, что я буду ковыряться в одежде.
– Что для тебя лично означает апсайклинг? Это самовыражение, активизм, экономика или философия жизни?
– Ну, вот опять же — как будто нужно выбрать один вариант, а на деле это всё сразу. Я уже не могу не апсайклить — это стало азартом. У меня всё ещё есть нужда в каких-то вещах, в силуэтах, которые я не могу себе позволить купить, например, но могу попробовать сделать сама. И мне действительно нравится сам процесс: придумать, как использовать минимум средств, как не создавать лишний спрос — иногда даже на простой кусок ткани.
Выбор материалов
– Как выбираешь вещи для переделки: по их истории, состоянию, фактуре, эмоциональному ощущению?
– Чаще всего первый пункт — это одежда из моего собственного гардероба, которая по какой-то причине перестала функционировать: появилось пятно, дырка, что-то ещё. Но я ценю эту вещь: у неё есть история, и она сделана из качественной ткани. Эти два принципа — история и качество — почти всегда со мной.
Качество ткани, качество пошива. Часто это ещё и какие-то брендовые вещи, потому что раньше их действительно делали «на века» и из хорошего текстиля. Сейчас такое тоже встречается, но, к сожалению, не у всех брендов.
Поэтому сначала я ищу решения внутри своего гардероба, и только потом выхожу наружу, если нужно что-то ещё. Но когда я выбираю вещи не из своих запасов, ориентир у меня один — качество. Я не возьму плохую синтетическую кофту, чтобы её переделывать.
Разница: рестайл/ремонт vs. апсайклинг
– Чем рестайл или ремонт отличаются от апсайклинга?
– Честно признаться, я бы не стала это как-то жёстко разделять. Что делают женщины в ателье, когда ты приносишь туда порванную вещь или сломанную молнию? Это всё про сохранение вещи. Но ремонт всё-таки есть ремонт. Ремонтом ты возвращаешь вещи функциональность, освежаешь её вид и продлеваешь жизнь.
А вот апсайклинг или рестайл — я бы поставила в одну категорию. Потому что тут ты видоизменяешь вещь — добавляешь новые детали, меняешь форму и т. д.
Отношение к материальности
– Как меняется отношение к материальности, когда работаешь с тем, что кто-то выбросил?
– Мне почему-то сложно отвечать на этот вопрос. Я в целом неплохо отношусь к материальности как таковой. Очень многие материальные предметы поднимают мне настроение. Я живу в материальном мире и, к своему стыду или не стыду — не знаю — я ещё не настолько «преисполнилась», чтобы не зависеть от вещей. Я могу влюбиться в линейку или в канцелярские ножницы настолько сильно, что мне будет искренне грустно, если я отдам их кому-то на пару дней. Или если треснет моя любимая линейка — понимаешь?
У меня к вещам случается привязанность. И, возможно, где-то глубоко внутри поэтому я и пытаюсь продлить им жизнь. Помимо этического момента, экологичного момента, и просто потому что мне нравится одежда, фэшн, визуал.
Поэтому, скажем так, конкретно апсайклинг моё отношение к материальности особо не поменял. Просто меня заводит сам факт, что я минимизирую спрос и вдохновляю людей делать то же самое.
Кому-то захочется купить то, что я сделала, а кто-то, увидев мой контент, переделает свои старые джинсы в сумку — и это просто великолепно. Это очень поднимает мне настроение в этой жизни.
Самое сложное в процессе
– Что для тебя самое сложное — придумать идею, найти подходящие материалы или реализовать? Что в процессе для тебя самое сложное?
– Самое сложное всегда — техническая реализация. Но самое прикольное, что это же и самое приятное. Реализация — это мелкая моторика, время, усидчивость, терпение, ну вот это вот всё. Плюс я иногда замахиваюсь на такие вещи, которые вообще не умею делать. Например, я решила пошить сумку из джинсовых шорт. Я честно не знала, как шить сумки: выкройку сделала на глаз, швейной машинки тогда не было, всё сшила вручную. И в итоге получилось так круто.
Делала я это то ли неделю, то ли две, и всё равно кайфанула от процесса жёстко, хотя это на самом деле самое сложное. Идеи обычно приходят спонтанно, и с этим проблем нет. У меня это не поставлено на поток — я не какая-то апсайклерша всея вселенной, просто так или иначе почти каждый месяц или другой что-то переделываю, потому что у меня есть азарт.
Маркеты и продвижение
– Ты участвуешь в каких-то маркетах или мероприятиях по апсайклингу? Или это чисто для себя — хобби, увлечение?
– Я участвовала в маркетах, но не со своими апсайкл-штуками, потому что они всегда единичные — обычно это одна уникальная вещь. И чаще всего эта вещь либо отправляется в чей-то гардероб, либо остаётся у меня. До маркетов дело не доходит. Поскольку я не делаю всё это в промышленном масштабе, маркеты как будто бы и не нужны.
В общем, да, я не про промышленный масштаб. Это не вся моя жизнь и не мой постоянный заработок. Всё очень ситуативно и стихийно.
Пока я всё показываю и реализую только через Инстаграм.
Взгляд фотографа
– Помогает ли тебе фотографический взгляд по-другому видеть материалы и их потенциал? Есть у тебя оптика фотографа на то, что ты создаёшь из вещей?
– Тут такой прикольный момент: я же в фотографии люблю прежде всего тела. Поэтому вопрос хороший и забавный одновременно. Когда я фотографирую, я предпочитаю минимум одежды, просто потому что одежда в кадре мне кажется шумом. Она нужна только если я хочу показать какой-то китч, какое-то высказывание, что-то подчеркнуть.
Но, конечно, так как я насмотрелась очень много материала, я представляю, что будет красиво, что будет плохо, какие цвета и ткани сочетаются, какая ткань будет отражаться, какая сиять, что на вспышке выглядит прикольнее, а что — нет. Все эти вещи у меня в голове есть. Но на создание одежды или мой апсайклинг они никак не влияют.
То есть фотографический опыт — часть моего общего экспириенса, но он не влияет на то, как я делаю вещи.
– Есть ли в твоих проектах документальная часть: истории вещей, людей, домов, из которых они пришли?
– На самом деле, когда я презентую свою одежду в Инстаграме, а Инстаграм пока — единственная площадка, где я показываю, что делаю, иногда в рилсах я рассказываю историю работы. Но мне почему-то кажется, что это никому не нужно. Ты сейчас спросил, и я понимаю, что у каждой вещи, которую я делала, само собой, есть история. Думала, людям важно, чтобы изделие получилось замечательным, функциональным, и чтобы цена не кусалась.
Потому что немногие готовы заплатить настоящую стоимость upcycle-вещей. Там же часы работы.
И это такая небольшая, что ли, проблема. Но, возможно, только потому, что я реально не вырывалась за пределы своего пузыря. Я ни разу не пыталась продавать одежду, например, на Etsy. Потому что, опять же, upcycle — это хобби-страсть, и у меня почему-то никогда не было мысли выводить эту хобби-страсть на какую-то арену.
Архи-проекты и мечты
– Есть ли проект, который ты давно хочешь реализовать — такой архи-проект, к которому стремишься, но ещё не начинала?
– У меня сейчас нет каких-то суперамбициозных планов. На очереди — два очень простых, скромных проекта — опять же, из моего гардероба.
«Голая» кофта с перчаткой-защитой
У меня была история: год назад на Новый год я купила себе «голую» кофту — ну, где видны соски. Я хотела сиять, мне очень нравятся прозрачные одежды, праздничный повод мотивировал. Я отношусь к телу и обнажённости как к искренности, откровению, открытости, а не как к пошлости. Но я часто забываю, что люди разные и воспринимают по-разному. И вот, короче, на Новый год я в этой кофте вышла. Чувствовала себя небезопасно, не расслаблялась, даже физические границы были нарушены.
С тех пор ни разу её не надела. Недавно я решила свою «голую» кофту закастомить. У меня со свопа остались длинные, такие же прозрачные перчатки до локтя, и я решила настрочить на грудь эту руку — такую женскую красивую руку, которая будет как бы защищать мои соски. Вот проект, который буду делать в ближайшем будущем.
Блуза-фонарь
Второе — из нарядного платья, которое я взяла на свопе, я хочу сделать блузу: просто отпороть юбку, и чтобы получилась классная, типа испанская, чёрная кофта с большими рукавами-фонарями. Платье целиком мне неинтересно. Крой не мой. Но верх — пушка. А из отпоротой юбки думаю выкроить короткие шорты, но я пока не умею.
Корсет из пакетов (глобальный)
И третье — чуть-чуть помасштабнее. Мне очень нравится корсетная история, и она ещё не вышла из моды настолько, чтобы не попробовать. Я недавно паяла полотна из пакетов — и они получались очень эстетичными, красочными. Я поняла, что почти любой рисунок или цветовое сочетание можно получить благодаря большому количеству спаянных пакетов. А что если использовать это как полотно? И вот мне очень хочется по фану попробовать пошить корсет из переработанных пакетов. Это из более глобальных планов.
Заветные мечты
– О чём ты мечтаешь? Есть ли амбициозная цель — выставка, своя студия, серия работ, воркшопы?
– Самая заветная мечта сейчас вообще не связана с апсайклингом. Потому что мой фотографический потенциал не реализован. У меня были локальные выставки — в баре, у друзей — но не было выставки, которую я продумала в полноценном арт-пространстве.
Я хочу прям выставку-выставку. Хочу продумать концепт. Не так, что дают какие-то условия, и ты в них вписываешься. Нет, я хочу развернуться: чтобы получилось красиво, концептуально, сложно. Хочу нормальную, красивую выставку — чтобы мои девчонки наконец-то сияли (Rina фотографирует в основном девушек и женщин в стиле ню — прим. ред. ЗП)
Что касается одежды, я иногда задумываюсь о мастерской. Знаешь, если бы я была девушкой, которая стабильно зарабатывает на квартиру, или у меня уже была бы квартира, то есть не нужно было бы выживать, просто чтобы жить в уютном пространстве…
То да, из амбициозного по апсайклингу я бы хотела свою мастерскую. Чтобы были все штучки, все машинки, все аппараты — и люверсы поставить, и кнопочки сделать — чтобы я могла там спокойно сидеть и ковырять. И чтобы в этой же мастерской была студия-шоурум, куда можно прийти, посмотреть, потрогать и забрать себе вещь. Вот такое бы я хотела.
Но на такую студию нужно очень много времени и денег. А я сейчас, грубо говоря, работаю за еду. Бывают успешные месяцы, но стабильности нет. Поэтому эта мечта пока просто сладкая мечта.