По словам Лойко, жизнь в колонии фактически превращается в «лабораторию вынужденного минимализма»: заключенным разрешено иметь строго ограниченное количество вещей, а замена одежды требует отдельного согласования с администрацией. Она рассказывала, что просила родных покупать максимально качественные вещи, которые можно носить годами.
Правозащитница также старалась придерживаться экологичных привычек в вопросах гигиены. Она пользовалась многоразовыми ежедневными прокладками, просила передавать деревянные зубные щетки и переливала шампунь и гель для душа в маленькие многоразовые емкости. При этом в колонии, по ее словам, существовал сильный буллинг в отношении женщин, у которых не было возможности поддерживать гигиену из-за нехватки денег или вещей.
Отдельно Лойко затронула тему мусора и потребления. Она вспоминает, что пыталась убеждать других заключенных экономить воду и пользоваться многоразовыми сумками вместо пластиковых пакетов. По ее словам, некоторые женщины действительно начали просить родных передавать шоперы, а сами сумки стали для многих способом сохранить ощущение индивидуальности в условиях полной унификации.
После освобождения Лойко говорит, что стала спокойнее относиться к чужим привычкам и потреблению. При этом, по ее признанию, опыт заключения изменил ее отношение к вещам и научил внимательнее понимать, что действительно необходимо человеку для комфорта и внутреннего равновесия.